— Любовь моя! Твоя любовь уже пришел и сейчас будет тебя освобождать! — раздался у входа в пещеру красивый баритональный вопль. Мелкая птаха на ветке пискнула от испуга и украсила шлем крикуна серой кляксой. Молодой человек беззвучно ругнулся, снял шлем и повозил им по траве.
— Всё, я вхожу, о прекрасная Бармалинда! — наконец сообщил юноша птахе за неимением другого собеседника и торжественно ступил под каменный свод.
Двигался освободитель осторожно и постоянно прислушивался, не топочут ли поблизости толстые ноги троллей-стражников (большинство нелюдей в округе обычно устраивалось на службу к местному дракону, чтобы обрести у него защиту от людей). Топота слышно не было, но вдалеке слышался монотонный гул.
Из темноты коридора показалась сияющая точка, которая рывками двигалась под самым сводом. Приблизившись к рыцарю, точка оказалась феечкой, которая волочила неподвижное тельце подруги. Время от времени феечка икала (уже и слезы закончились, сочувственно подумал юноша), теряла равновесие и врезалась в каменную стену, затем с трудом выравнивалась и летела дальше.
— Оказать ли тебе вспоможение, о несравненная?.. — начал юноша велеречивым слогом, который так любили феечки. Однако та почему-то заметалась и со всей мочи рванула в сторону выхода.
— Если твоя подруга стала жертвой жестокого дракона, я клянусь отомстить за нее! — крикнул вдогонку озадаченный рыцарь. Феечка лишь прибавила ходу и вскоре скрылась во мраке. Молодой человек с недоумением пожал плечами и зашагал вперед.
Один темный поворот сменялся другим, вокруг было тихо, поэтому бдительность рыцаря слегка притупилась, — и тем большей неожиданностью для него оказался тролль, поджидавший за поворотом. Чудовище взревело и протянуло к воину когтистые лапы. Но боевые навыки не подвели: юноша отпрыгнул, крутанул в руке короткий меч, замахнулся…
Клинок удалось удержать в самое последнее мгновение. Как оказалось, захмелевший тролль с блаженной улыбкой протягивал рыцарю бутыль и оловянный кубок. С досады юноша плюнул под ноги стражнику и, игнорируя обиженное урчание, завернул за очередной угол.
Вскоре подозрительный гул окончательно разделился на звон стекла, звяканье металла, бормотание, различные стуки и шорохи. В конце коридора в стену была врезана большая двустворчатая дверь, на которой красовалось начертанное помадой «НИЗЗЯ!!!! ТУТ Д». На объяснение, что за «Д» и почему «низзя», помады явно не хватило.
Юноша подкрался к двери и приник к ней ухом. В бормотании стали угадываться отдельные голоса.
— Бармалинда! — прошипел рыцарь в щель между створками. Что-то со свистом врезалось в дверь с обратной стороны и разбилось. Послышались одобрительные восклицания. Молодой человек вставил в щель меч, мысленно воззвал к святому Гудинию и налег на рукоять. Что-то щелкнуло, створка поехала в сторону, и воин ринулся в полутемный зев драконьего логова. Он был готов убивать.